Организация монетного дела в Риме

До начала гражданских войн после смерти Цезаря общий контроль над монетным производством осуществлялся сенатом, а непосредственную ответственность за чеканку монеты несла коллегия триумвиратов — tres viri monetales, в которую входили молодые представители нобилитета, начинавшие свою политическую карьеру. Данная магистратура, таким образом, относилась к числу младших. В это время в стране существовал только один монетный двор — в столице, открывшийся в храме Юноны Монеты вскоре после войны с Пирром. В 269 г. до Р.Х. состоялся его первый выпуск серебряных денариев. Однако триумвиры по литью и чеканке монеты появились на 20 лет раньше, они чеканили только бронзу, делая это в том же храме Юноны. С началом чеканки денариев производство ассов, возможно, переместилось в другое место — в Сатурнов Эрарий. Магистраты, чеканившие монеты, помещали на них свои имена, эмблемы или сюжеты, связанные с их родом, используя последние как средство пропаганды знатности своих родов.

 

 

В чрезвычайных обстоятельствах сенат поручал чеканку денег другим магистратам, должности которых известны по аббревиатурам на монетах: курульным и плебейским эдилам и квесторам. Право на чеканку монеты имели также полководцы во время боевых действий — преторы, пропреторы, консулы, диктаторы, императоры. Наибольшее распространение военные чеканки получили в середине и 40-х гг. I в. до Р.Х., но сенат все еще держал в своих руках нити контроля над монетным производством. Во время диктатуры Цезаря этот контроль ослаб: Цезарь отстранил от работы триумвиров, назначенных из всадников, и поставил заведовать чеканкой монеты своих собственных рабов.

 

 

Некоторое время сенатская и военная чеканка существовали параллельно, но последняя, особенно в период гражданских войн 49-31 гг. до Р.Х. все более и более покушалась на сенатскую и, наконец, вытеснила ее. Попытка Цезаря, а затем членов триумвирата, установить свою личную чеканку на сенатских дворах завершилась неудачей. Об утере сенатом контроля за правом чеканки свидетельствует такой факт, как исчезновение S (ENATUS) C (ONSULTO) с монетного поля. Впервые это происходит при Сулле; не использовали аббревиатуру SC на своих монетах К. Метелл, П. Лициний, Секст Помпей и другие эмитенты. Вновь SС возникает только в 41-39 гг. до Р.Х. на монетах Октавиана, чеканенных в Галлии под контролем сената. Однако чеканка Октавиана, как и чеканки Антония, Секста Помпея, Брута и других носила не республиканский, но императорский характер. Таким образом, императорская чеканка Августа возникла из военной чеканки периода гражданских войн.

 

§ 1. Организация монетного дела в Ранней империи.

Императорский контроль над деятельностью

монетных дворов

а) Чеканка Августа и его преемников

 

Придя к власти Август, произвел разделение чеканки на императорскую и сенатскую, сохранив за сенатом право выпуска монет из недрагоценных металлов, которыми должны были обеспечиваться Италия и Сицилия. Сам император сосредоточил в своих руках контроль над

чеканкой серебряных и золотых монет. Некоторое время сенат продолжал чеканить монеты из драгоценных металлов, однако сенатские дворы, выпускавшие золото и серебро, постепенно закрывались. Последний из них был закрыт в 14 г. или 12 г. до Р.Х., и производство ауреев и денариев осуществлялось монетными дворами в Риме и Лугдуне. Гениальность политики Августа состояла в гармонии его военной диктатуры с республиканской формой правления, поэтому, чтобы ущемление прав сената не слишком бросалось в глаза, он чеканил свои главные серии не в Риме, а в Лугдуне. До 27 г. до Р.Х. он имел право на чеканку золота и серебра на Востоке как триумвир «по устройству государства». Затем военная чеканка прекратилась, и нужды Азии обеспечивались за счет провинциальной чеканки бронзовых и серебряных монет. В 28-27 гг. до Р.Х. Август частично передает права на чеканку серебряной монеты сенату, который и выпустил первую послеактийскую серию кистофоров. Однако основание колонии Августы Эмериты в Лузитании позволило ему продолжить чеканку на Западе через своего легата Публия Каризия. Последний ставит свое имя на выпусках, посвященных окончанию войны с кантабрами.

 

 

Сенатская чеканка золотых и серебряных монет окончилась к 12 г. до Р.Х. Чеканка ассов от имени сената началась в 23 г. до Р.Х., на них помещались имена триумвиров, которые исчезли с монетного поля к 7 г. или 4 г. до Р.Х. Сенатский двор для чеканки ассов размещался в храме Юноны Монеты или, возможно, в Сатурновом эрарии. Императорский монетный двор в Риме был торжественно открыт в первый год правления Калигулы, а работать начал в полную мощь при Нероне.

За деятельностью монетных дворов был установлен весьма жесткий контроль. Некоторые из них контролировались лично императором: так обстояло дело, например, с александрийским двором, выпуски которого прославляли государственную политику Юлиев-Клавдиев. Август установил наблюдение и за сенатскими дворами в Сирии и Африке, хотя они считались провинциями, управляемыми сенатом. Эти монетные дворы, тем не менее, контролировались не сенатом, а в большей степени коллегией триумвиров и лично императором. Поэтому аббревиатура SC, маркировавшая выпуски от имени сената, была не более чем республиканским фасадом для прикрытия автократии Августа и последующих императоров. Во времена Ранней империи SC становится обязательным элементом на медных монетах, но к этому моменту контроль за монетным производством находился в руках императора или его доверенных лиц — высших финансовых чиновников.

 

 

Вернемся к триумвирам по чеканке монеты. При Августе статус этой коллегии значительно изменился. Централизация монетного производства и установление жесткого императорского контроля над деятельностью дворов и лиц, ответственных за чеканку, не могли не сопровождаться коренными изменениями в организации управления этим производством. Имена и общественное положение триумвиров, работавших на монетных дворах в эпоху Августа, хорошо известны. Определена хронологическая очередность занятия этими лицами должности tres viri monetales. Достаточно полно, несмотря на отдельные дискуссионные моменты, определены списки монетариев в правление Августа.

 

 

Как отмечалось выше, монетные магистраты пользовались значительной самостоятельностью в выборе типа. С возникновением принципата их самостоятельность была сильно урезана, и они выбирали теперь типы, необходимые для пропаганды официальной политики принцепсов. Монетарии, получившие привилегии чеканить золотую и серебряную монету, имели более широкую свободу в выборе типов, которых имелось достаточно, чтобы охарактеризовать Августа и прославить его деятельность, чем монетарии, чеканившие медную монету.

 

Среди триумвиров, которые оставили свои имена на монетах из золота и серебра, мы встречаем, например: Луция Каниния Галла, Сульпиция Платорина, П.Петрония Турпиллиана, ЛАквиллия Флора, М.Дурмия, Л.Виниция, Л.Антистия Вета, Л.Месциния Руфа, М.Санквиния, П.Лициния Столона, Кв. Рустия, Косса и Луция Лентулов, Мария Троментина, Антистия Регина и т.д. На бронзовых монетах оставили свои имена Гай Кассий, М.Санквиний, П. Лурий Агриппа, Ламия Силий Анний, М. Мецилий Тулл, М. Сальвий Отон и других. Некоторые из них занимали крупные посты еще до падения Республики. Так, Луций Каниний Галл, чье имя стоит на денариях 18 г. или 13-12 г. до Р.Х., был, очевидно, упомянутым Тацитом квиндецимвиром 32 г. до Р.Х. Каниний Галл чеканил монеты в честь парфянского триумфа и денарии с портретом Агриппы. Луций Корнелий Лентул, начавший свою карьеру с должности монетария в 13 г. или 12 г. до Р.Х., стал консулом в 3 г. до Р.Х. Луций Виниций, упомянутый Светонием, занимавший должность триумвира в 16 г. до Р.Х., становится консулом в 5 г. Остальные монетарии первых двух десятилетий Империи были, как и в республиканское время, представителями знатных родов, связанных со службой в правительстве Августа: Санквинии, Антистии, Силии, Петронии, Сульпиции и другие, среди потомков которых мы встречаем немало консулов, консулов-суффектов и прочих высших магистратов, упомянутых Светонием и Тацитом.

 

Тем не менее, имена tres viri monetales в конце I в, до н.э, исчезают с монетного поля, что свидетельствует о попытке Августа еще более сосредоточить в своих руках контроль за чеканкой сената. Спустя несколько лет после закрытия сенатских дворов для чеканки золота и серебра, Август уничтожил и последний республиканский дополнительный элемент монетного типа – запретил монетариям «подписывать» выпуски (сохранились только буквы SC на бронзовых монетах). По мнению Х. Смита, имена исчезли в 11 г. до Р.Х., что не нанесло ущерба авторитету сената. Г. Маттингли относит их исчезновение к 4 г. до Р.Х., считая, что упоминание мелких магистратов стало излишним. Последними монетариями, оставившими свои имена на монетах были: П. Беттиллиен Басс, Г. Невий Капелла, Г. Рубеллий Бланд, Л. Валерий Катулл. С этого момента монеты более не дают сведений о должности монетария в Риме и провинциальных дворах, несмотря на то, что эта должность сохраняется до середины III в. н.э.

 

Расстанемся на время с монетариями и перейдем к организации работы монетных дворов. Преемники Августа продолжают его политику централизации монетного дела. Напомним, что сенат выпускал ассы для Рима и Италии; Африка и Испания имели собственную чеканку, в Галлии выпускалась знаменитая «алтарная» серия, Восток обеспечивал рынок за счет провинциальной и городской чеканки меди. Лугдун по-прежнему снабжал Рим серебряной монетой, а всю Империю — золотой. Тиберий сохранил монетный двор в Лугдуне в качестве главного императорского двора.

 

Калигула перенес императорскую золотую и серебряную чеканку в Рим. Одновременно прекращают функционировать монетные дворы в западных провинциях. В последующие века все производство золотой и серебряной монеты сосредоточивается в столице.

 

В ряде городов продолжают выпускаться кистофоры (тетрадрахмы) и другие номиналы, которые в связи с их низкопробностью не могут конкурировать с денарием. Еще Август планировал вовлечь ряд дворов Малой Азии в производство монет для нужд Римской империи. Монетные серии Августа чеканились в Фессалонике, Никополе, Александрии, Коринфе, Антиохии, Дуре, на Кипре и т.д.

 

 

Хотя разделение чеканки на императорскую и сенатскую сохраняется при Клавдии и Нероне, монетное дело все больше подвергается централизации. В провинциях чеканится медь и неполноценные серебряные монет, например, александринеры в Египте и тетрадрахмы в Сирии.

В годы гражданской войны нужды армий воюющих сторон обеспечивались за счет военной чеканки. Самостоятельную чеканку вел также Луций Клодий Макр, бивший в Цирте (Нумидия) легионные монеты для своих войск. Свою монету чеканят галлы во главе с Цивилисом и верхнегерманские легионы, отказавшиеся присягнуть Гальбе.

 

б) Организация монетного дела при Флавиях и Антонинах

 

Приход к власти Веспасиана положил конец военной чеканке 68-70 гг. В декабре 69 г. в Риме произошел крупный пожар во время атаки солдат Вителлия против флавианцев, засевших на Капитолии, который уничтожил храм Юпитера Благого и Величайшего и сенатский монетный двор. Чеканка ассов прекратилась, однако золотые и серебряные монеты продолжали выпускаться. Следовательно, при пожаре пострадал только сенатский монетный двор, но не императорский. В правление Тита случился пожар, который продолжался три дня и три ночи, после чего вся чеканка монеты приостановилась. Но уже в 81 г. возобновился выпуск золотой и серебряной монеты. Чеканка ассов началась только после 83 г, Г. Маттингли логично считает, что в пожаре сгорели оба двора: сенатский и императорский, но последний был восстановлен раньше. Домициан основал новый императорский двор в районе, где в последствие будут построены термы Траяна. Сенатский монетный двор по-прежнему функционировал в храме Юноны Монеты.

 

Сенат контролировал производство ассов, однако реставрационные серии монет Тита и Домициана свидетельствуют, что император и сенат выпускали их сообща. Это тесное сотрудничество между сенатским и императорским дворами наблюдается и при Нерве. Последний активно привлекал монеты в качестве средства пропаганды своего союза с армией (тип «Adlocutio») и использовал для этого крупные монеты из бронзы.

 

При Домициане новый императорский двор возглавлял сенатор Юлий Квадрат, занимавший должность «куратора». Возможно, греческое название его должности соответствует латинскому обозначению должности III vir aere argento auro flando feriundo. Но Квадрат назван не простым триумвиром, а именно первым титулом. На наш взгляд, это можно объяснить тем, что должность монетария занималась преимущественно всадниками, а Юлий Квадрат был все-таки сенатором.

Флавии вынуждены были прибегать к децентрализации монетного дела, хотя основная масса серебра и золота чеканилась в столице. Между тем римские типы выпускались не только на монетном дворе в Риме, но и на следующих провинциальных дворах:

 

Лугдун

Нарбон

Византий

Эфес

Тира

Александрия

Аквилея

Филиппы

Кипр

Луция

Олимп Луцийский

Кесария Каппадокийская

Кесария Иудейская

Антиохия

 

Кроме этого, типы римских монет выпускались целым рядом не установленных монетных дворов Малой Азии, Тарраконы, Галлии, Иллирика, Коммагены, Финикии, Самарии, Иудеи.

 

Ко времени правления Антонинов в столице по-прежнему функционировало два монетных двора: императорский для чеканки золота и серебра и сенатский — для чеканки медных номиналов. Первый находился рядом с Термами Траяна, у церкви Св.Клеменция; второй — в храме Юноны Монеты. Управление императорским двором поручалось arationibus (rationalis). Со времен Траяна это был не вольноотпущенник, а всадник — «прокуратор» (procurator monetae). Техническое руководство возглавлялось вольноотпущенником, при Траяне — Феликсом, именовавшимся как exactor auri, argenti et aeris manceps officinarum aerariarum quinquae, item flaturariae argentariae. Под руководством Феликса трудились непосредственно рабочие, состоящие из вольноотпущенников и рабов; мастера (officinatores), граверы штемпелей (signatores), литейщики монетных кружков (flaturarii), подкладыватели монетных кружков (suppostores), молотобойцы (malleatores), юстировщики (aequatores), пробировщики (nummiatores), кассиры (dispensatores). Всего в надписях упоминается 86 человек, однако, этих данных недостаточно, чтобы судить о количестве рабочих, занятых в монетном производстве. Надписи траяновского времени свидетельствуют о том, что отдельные этапы монетного производства сдавались на откуп лицам, называвшимся conductores flaturae monetarieae Caesaris. Из всего вышесказанного следует, что монетный двор был устроен по принципу военной организации. Наконец, остается добавить, что двор имел своих богов-покровителей, сохранились дедикации коллегий работников монетного двора в Риме, посвященные Аполлону Августа, Фортуне Августа, Геркулесу Августа, Виктории Августа. Удивительно, но Эквитата и Монета в этих дедикациях не встречаются. Таким образом, перед нами вырисовывается следующая картина организации монетного производства:

 

Внутренняя организация императорского монетного двора

 

Вся эта структура, в конечном счете, контролируется императором, который мог заказывать те или иные монетные типы, или давать одобрение пробным образцам, которые показывали ему высшие финансовые чиновники. Сенатский двор оставался под контролем praefectus aerario Saturni и его подчиненных tres viri monetales. В остальном, надо полагать, техническая сторона производства была той же, что и на императорском дворе. Лица, занимавшие должности администраторов в этой структуре, известны нам, главным образом, из эпиграфических источников. Через магистратуры, связанные с финансами, прошли многие государственные деятели. Занятие должности триумвира по литью и чеканке монеты, либо квестора, либо префекта Эрария Сатурна и т.д. был необходимо для роста политической карьеры. Среди прочих мы встречаем здесь, например, Плиния Младшего, который в 93 г, был квестором, в 96 г. — префектом военной казны, затем в течение трех лет занимал должность высшего финансового чиновника — praefectus aerario Saturni. Должность триумвира, очевидно, продолжала формально относиться к младшим магистратурам, но возможно, иногда совмещалась с высшими государственными должностями. Корпус латинских надписей дает немало примеров прекрасного просопографического материала, повествующего о сенаторах с солидным

послужным списком, включающим указание на должность триумвира. Не всегда понятно, занимало ли данное лицо эту должность в начале своей карьеры, или совмещало ее с какой-либо иной должностью (кроме жреческих) — перечисление этапов карьеры часто следует не в хронологическом порядке. Примером является случай с Юлием Квадратом — сенатором и куратором монетного двора одновременно. Известны случаи, когда должность монетария занималась человеком несколько раз в жизни: тот же Каниний Галл — не новичок на политическом поприще. Так, что совсем не обязательно, чтобы должность монетария занималась только молодежью из нобилей, избранных в вигинтивират (vigintivirat) — коллегию двадцати, куда входили и tres viri monetales; и служившие до возраста, позволявшего занять следующую ступень служебной лестницы, например, квестуру — с 24 лет. В сочинениях Тацита, Светония, Плиния Младшего и других встречается немало примеров нарушения De jure magistratum.

 

Эпиграфический материал дает сведения о лицах, занимавших должность монетного магистрата в I-III вв., не перекрываемый нумизматическими источниками. Судя по этим коротким «биографиям», лица, занимавшие эту магистратуру и следующие за ней поэтапно другие должности, вплоть до консульских, были сенаторами и всадниками по происхождению, «людьми принцепса» и «людьми сената» одновременно по своим политическим взглядам и отдавали всю энергию государственной службе, пользуясь доверием императора и сената. Должность монетария упоминается в надписи из фамильного мавзолея Плавциев в Тибуре в честь наместника Нижней Мезии, крупного государственного деятеля I в., полководца, консула 45 и 74 гг. «Тиберию Плавцию Сильвану Элиану, сыну Марка, понтифику, члену коллегии августалов, триумвиру по плавке и чеканке золотой, серебряной и медной монеты, квестору Тиберия Цезаря, легату V легиона в Германии, претору города, легату и комиту Клавдия Цезаря в Британии, консулу, проконсулу Азии, легату пропретору Мезии…».

 

Трудно сказать, когда Тиберий Плавций Сильван занимал должность монетария: в начале своей карьеры, до квестуры, окончившейся в 42 г., когда он получил должность пропретора, либо в правление Нерона, когда он был проконсулом Азии, возможно, имея право вести чеканку во вверенной ему провинции. Некоторые африканские и азиатские проконсулы имели право на чеканку монеты (при Августе даже со своими портретами). Перечисление этапов карьеры в данной надписи идет в хронологическом порядке, за исключением должности понтифика, полученной им в 70 г., но указанной на первом месте. Если же он был монетарием все-таки в начале карьеры, то вполне мог сочетать свою должность с членством в коллегии августалов, утвержденной Тиберием в 14 г.

Как показывают надписи, tres viri monetales и другие лица, ответственные за чеканку монеты часто сочетали первую ступень своей карьеры с членством в коллегии жрецов императорского культа. Еще один пример занятия должности монетного магистрата сенатором, крупным политическим деятелем середины II в. н.э., известным нам из эпиграфических источников:

 

«Луцию Дасумию Туллию Туску, сыну Публия, из Стеллатиновой трибы, консулу, комиту Августа, авгуру, содалу адрианалу, содалу антониниану … легату пропретору провинций Верхней Германии и Верхней Паннонии, префекту государственной казны, претору, народному трибуну, легату провинции Африки, квестору императора Антонина Августа Пия, военному трибуну IV флавиева легиона, триумвиру по отливанию и чеканке монеты золотой, серебряной и медной».

 

В этой надписи должности перечисляются в обратном порядке; их обладатель видимо занимал должность монетария в начале карьеры. Сокращения должностей III VIR или AAAFF, а также других магистратур, связанных с финансами (квестор, префект, префект Сатурнова эрария), встречаются преимущественно в надписях в честь сенаторов и относятся к числу сенаторских должностей. Зато сокращения Р (РК, РКО, РКОС) М (onet) или RAT (ionalis) преобладают в надписях с именами и должностями всадников, например: «Луцию Юлию Вегилию Грату Юлиану, префекту претория, префекту анноны, управляющему императорской казной, префекту преторианского Мизенского флота…». Возможно, все перечисленные должности были магистратурами примерно одного порядка и занимались теми или иными представителями высших сословий. Впрочем, сами различия между двумя этими служилыми сословиями не были особенно четкими: дети сенаторов и даже наследники престола до достижения ими квестуры, открывшей им доступ в сената считались всадниками. В I в. в должности rationalis еще можно было встретить вольноотпущенника, но с начала II в. (или даже раньше) вся высшая имперская финансовая бюрократия, ответственная, в том числе и за монетное производство, состояла из всадников и сенаторов. Причастность римской администрации в провинциях к организации монетного дела не вызывает сомнений. Например, проконсул Азии мог консультировать Августа в выборе типа портрета для монет. Эти и другие эпиграфические надписи, содержащие имена монетных магистратов, императорских министров финансов или префектов Сатурного Эрария дают возможность предположить, что эти должности, включая и пост tres viri monetales, в императорскую эпоху могли иногда заниматься лицами со значительным общественным авторитетом, что не всегда соответствовало римскому представлению о cursus honorum — последовательному подъему по лестнице магистратур. Исчезновение имен tres viri monetales с монетного поля несомненно связано с ограничением прав сената в чеканке монеты, представляемых этими магистратами. Но, тем не менее, если выпуски SC от имени сената лишены имен триумвиров, то в эпиграфических памятниках ни один из сенаторов или всадников, проходивших эту магистратуру, не пропустил указания на нее.

 

Вернемся к вопросу о монетных дворах Ранней империи. В эпоху Антонинов римские типы чеканились, кроме столичного, на следующих монетных дворах:

 

1. Александрия

2. Антиохия в Писидии

3. Антиохия-на-Оронте

4. Кесария Каппадокийская

5. Карнунт

6. Мопс

7. Селевкия (Сирия)

8. Стратоникея

9. Эдесса

 

Кроме этого, монеты римского образца выпускались в Вифинии, Британии, Месопотамии, Боспоре, Дунайских провинциях, а так же в нескольких колониях. Городскую чеканку мы рассмотрим несколько позже.

 

Таким образом, в организации монетного дела Ранней римской империи мы видим две противоположных тенденции: к централизации и к децентрализации. Последняя была вызвана неспособностью монетных дворов обеспечить Империю всей массой монет за счет только столичной чеканки. Золотая и серебряная монета чеканились преимущественно в центре, а медь — частично на местах, частично привозилась в провинции. Вероятно, туда же доставлялись и штемпели для чеканки римских типов.

 

§ 2. Организация монетного дела в период кризиса III в.

 

При первых Северах императорский и сенатский монетные дворы в столице по-прежнему работали раздельно. Они подчинялись общим законам относительно иконографии, титулатуры и т.д. Но теперь появились и существенные изменения, которые состояли в следующем. Титулатура Септимия Севера и Каракаллы на золотых и серебряных монетах отличалась от той, что помещалась на медных. После гибели Клодия Альбина чеканка ассов резко сократилась, пока не вошла в свое обычное русло в 208-209 гг. Это объясняется тем, что Септимий Север прогневался на сенат, который поддерживал Альбина. На какое-то время политические интересы возобладали над экономическими. Еще одним существенным отличием от чеканки Ранней империи было то, что за последние два года правления Севера ассы дали большее количество типов, чем золото и серебро. Отношения с сенатом наладились, что было отмечено появлением аббревиатуры «SC» на монетах даже императорских провинций — Сирии и Галлии. Активная военная политика Северов заставила их усилить децентрализацию монетного дела. Растет количество новых монетных дворов в провинциях, а их отношение к столичному двору становится достаточно сложным вопросом. Провинциальный монетный двор мог быть либо независимым институтом, либо ответвлением центрального монетного двора. Например, антиохийский двор в 198-203 гг. (при Марцинии) вел независимую от Рима чеканку. Напротив, двор в Лаодикее рассматривался Севером как филиал столичного. Как мы увидим позднее, местный двор в каком-либо городе имел собственный стиль и набор типов; двор — филиал получал инструкции и, возможно, образцы портретов из Рима. Столичный двор, очевидно, мог рассылать штемпеля для провинций, делая это если не регулярно, то, по крайней мере, хотя бы в отдельное время и в отдельное место. Последняя гипотеза, имеющая целый ряд сторонников, вызвала серьезные возражения у Г. Маттингли, который приводит следующие доказательства: если Восток получал штемпели из Рима, то почему чеканка Марциния в Антиохии или Севера в Лаодикее так сильно отличается от римской? Если Запад также снабжался штемпелями, присланными из Рима, то почему типы Альбина в Лугдуне так отличаются от столичных? Г. Маттингли добавляет, что, с одной стороны, чеканить монеты из металла, имеющегося на местах, удобнее, чем посылать последний в Рим. Например, серии «Провинции» чеканились Адрианом для использования их на местах. Но, может быть, они и чеканились на местах?

 

Перейдем к чеканке Каракаллы. Последний обеспечивал свое войско серебряной и золотой монетой столичного выпуска. Требования военной кампании заставляли его развернуть интенсивную чеканку тетрадрахм в Сирии и соседних провинциях. Марциний, который сделал своей резиденцией Антиохию, бил здесь монеты всех номиналов, точно также как это было в Риме. Зиму 218-219 гг. Каракалла провел в Никомедии, где возможно чеканил золото. С начала III в., чеканка монеты стала следовать за армией. Дворы в провинциях продолжали расти и постепенно превращаться в филиалы императорского двора. Ко времени Диоклетиана римский монетный двор имел массу филиалов в провинциальных крупнейших городах.

 

На Западе единственным монетным двором, выпускавшим небольшие эмиссии монет, был Лугдун. Зато на Востоке большие провинциальные дворы продолжали развивать бурную деятельность. В Римской империи III в. имелось три двора-гиганта: в Риме, Александрии и Антиохии. Александрия была второй после Рима, она продолжала чеканить тетрадрахмы и бронзу разных номиналов для всех императоров рубежа II и III вв., за исключением Дидия Юлиана, его семьи и Клодия Альбина. Монеты, чеканенные от имени жены Пертинакса и его сына, выпускались в Риме до 212 г.: после убийства Геты Каракалла учинил в Риме страшную резню, среди жертв которой был и консул-суффект Гелий Пертинакс (сын бывшего императора). Эти события прервали на время работу монетного двора в столице. Диадумениан чеканил свои монеты на Востоке, в частности, в Антиохии. Элий Лампридий сообщает, что после выступления Макрина и Диадумениана на сходке воинов в Антиохии немедленно началась чеканка монеты с именем последнего, чеканка же монеты с именем Макрина была отложена до получения приказа от сената.

 

 

Третьим по степени важности монетным двором был антиохийский. Септимий Север был разгневан на антиохийцев за то, что они помогали Нигру, и лишил их многого: привилегии города были значительно урезаны, в частности, был закрыт монетный двор.

Последний был открыт только в 202 г. Септимий Север чеканил монеты также в Лаодикее, Тире, Каракалла — в Селевкии, Гиераполе, Кирхе, Эдессе, Эмессе, Дамаске, Триполе, Берите.

Таким образом, армии императоров конца II в. — первой четверти III в. обеспечивались серебром и золотом, которое чеканилось в следующих городах:

 

 

1. Александрия (Египет)

2. Антиохия (Сирия)

3. Берит (Финикия)

4. Гиераполь (Фригия)

5. Дамаск (Сирия)

6. Зевгма (Сирия)

7. Карры (Сирия)

8. Кирр (Киррхестика)

9. Кесарея Германика

10. Кесарея Каппадокийская (Малая Азия)

11. Лугдун (Галлия)

12. Лаодикея Приморская (побережье Сирии)

13. Неаполь (Малая Азия)

14. Никомедия (Вифиния)

15. Рим

16. Сарды (Лидия)

17. Селевкия (Пиэрия)

18. Смирна (Иония)

19. Тарс (Киликия)

20. Триполь (Финикия)

21. Тир (Финикия)

22. Эвмения (Фригия)

23. Эдесса (Месопотамия)

 

 

Вернемся к организации денежного дела в центре. Императорский и сенатский дворы продолжают работать раздельно. Чеканка золота и серебра остается прерогативой императорского двора, чеканка ассов осуществляется сенатом, но под контролем императора. Производство монетных типов было четко спланировано. Первые Северы чеканили массу типов для пропаганды своих военных успехов. Монетный двор включал несколько мастерских, каждая из которых чеканила типы для какого-либо члена императорской семьи. В период короткого согласия между Септимием Севером и Альбином в 193-195 гг. функционировало пять мастерских, три из которых били монеты для самого Севера, одна — для Клодия Альбина, пятая — для Юлии Домны. В правление Септимия Севера и Каракаллы мастерские были распределены между пятью членами императорской семьи: Септимием Севером и Каракаллой как августами, Юлией Домной и Плавтиллой как августами и Гетой как цезарем. В правление Филиппа Араба на императорском монетном дворе зарегистрировано уже шесть мастерских. То же количество остается и при Валериане. Ко времени правления Галлиена их насчитывается двенадцать. С этого момента Рим и другие монетные дворы начали отмечать на серебряных монетах номер мастерской.

Выше упоминалось о том, что филиалы центрального двора, возможно, обеспечивались штемпелями, присылаемыми из столицы. Это предположение основано в частности на изучении знаменитого клада из Дорчестера, содержащего антонинианы Траяна Деция и денарии Ранней империи. Очевидно, провинциальные мастера продолжали чеканить данные монеты присланными из Рима штемпелями. Если этот факт окажется верным для Британии при Траяне Деции, то вероятно так же обстояло дело и в других провинциях, как отметил Г. Маттингли.

 

 

Можно назвать еще два крупных монетных двора, функционировавших в конце 60-х гг. — начале 60-х гг. III в, — Виминаций и Карнунт: на первом было отчеканено огромное количество монет для Пакациана, второй обеспечивал монетой Регалиана. Постум чеканил свои монеты на дворах Галлии, Британии и Испании. Значительная часть легионных монет Галлиена (легионных типов) была выпущена им в Медиолане.

 

Обесценивание медной монеты сделало ее обращение практически бесполезным. Многие из провинциальных дворов начинают закрываться. Это, возможно, приводит к укрупнению монетного двора в Риме в правление Аврелиана и ужесточению эксплуатации контингента рабов из-за всё более увеличивающегося роста выпуска обесценившегося антониниана. Однако дело было не только в эксплуатации рабов, но и, возможно, в попытках Аврелиана бороться со злоупотреблениями администрации монетчиков, наживавшейся на хищении драгоценного металла при увеличении содержания лигатуры в монете. Во главе восставших был начальник монетного двора (прокуратор фиска) вольноотпущенник Фелициссим. Сопротивление восставших, укрепившихся на Целии, было подавлено с чрезвычайным кровопролитием с обеих сторон. Это восстание работников монетного двора и городских низов свидетельствует как о тяжелом положении монетчиков в Риме, так и о кризисе экономики в Империи в целом. Результатом восстания была новая волна децентрализации монетного дела.

 

Аврелиан сократил количество мастерских в Риме с двенадцати до семи. Пришлось вновь выводить филиалы двора в провинции. Филиалы императорского двора в провинциях продолжают функционировать и в правление Диоклетиана и далее, однако организацию монетного дела в Поздней империи мы рассмотрим позже.

 

§ 3. Организация городской чеканки в I-III вв.

 

Итак, обеспечение рынка разменной монетой ставилось в задачу городам в провинциях. Некоторые из них имели право на чеканку серебряной монеты. Дворы этих городов выпускали местные монетные типы с изображением портрета императора и членов его семьи на аверсе, однако, часть их (например, Афины и Хиос) имели право на так называемую «квазиавтономную» чеканку — без портрета императора. Имея статус «союзных» и «автономных» городов, греческие полисы обладали определенным набором привилегий, включая право на чеканку монеты. В зависимости от отношений с Римом это право могло расширяться до чеканки монет из драгоценных металлов, либо изыматься вовсе. Отдельные города вели совместную ( «союзную») чеканку, что было вызвано их объединением для отправления какого-либо культа.

 

 

Общие вопросы организации городской чеканки обстоятельно исследованы многими авторами. К таким работам относится, на пример, книга Конрада Крафта — блестящий опыт изучения системы монетной чеканки Малой Азии в императорскую эпоху, Чтобы избежать ненужных компиляций, мы оставим в стороне связи штемпелей и тому подобные вещи, зато более подробно остановимся на должностных лицах, ответственных за чеканку монеты. К тому же, этого требует и основная тема настоящей работы; монета являлась, в частности, средством пропаганды, следовательно, нас интересует круг лиц, от имени которых осуществлялся ее выпуск и соответственно несших ответственность за то изображение, которое на ней помещалось. Наконец, данные об этих лицах проливают свет и на сам вопрос об организации монетного дела в городах. Мы обратимся к монетам греческих городов I-III вв.

 

Надо отметить, что если имена монетных магистратов в Риме, начиная с конца I в. до Р.Х., известны исключительно из надписей, то гораздо лучше обстоит дело с именами монетных магистратов греческих городов императорской эпохи. Они продолжают помещаться на монетах до середины III в. н.э. и исчезают ко времени правления Проба. Исключение составляют имена магистратов, которые ставились на клеймах на золотых слитках сирийского двора во второй половине V в., но здесь, по сути, речь идет об императорском монетном дворе и имперских магистратах. На монетах греческой городской чеканки императорского времени имена римских администраторов сопровождаются указанием должностей «проконсул», «стратег», «консуляр», «верховный жрец» и т.д., что по мнению А,Н.Зографа еще не служит гарантией того, что именно этому магистрату поручался выпуск монеты. Их имена и должности могли указываться для датировки, за исключением тех случаев, когда они сопровождаются причастной формой «заботами такого-то…», свидетельствующей о непосредственном участии лица в организации данного выпуска. Некоторые из названных должностей, сопровождающих магистратские имена, являются просто почетными титулами, рисующими положение данного лица в обществе.

 

Ценную информацию о лицах, ответственных за выпуск монеты в городах, дают эпиграфические источник, дополняющие данные нумизматики: «Авлу Квинктилию Приску, сыну Авла, из Палатиновой Трибы,кватуорвиру с властью эдила.., кватуорвиру-квинквинналу, избранному по постановлению сената, понтифику, префекту фабров…»

 

«Луций Менаций Приск, сын Луция, из Велиновой трибы, всадник высшего ранга, префект фабров, эдил, дуумвир-квинквеннал, военный трибун, фламин Августов, патрон колонии…»

 

Должности кватуорвира-квинквеннала или дуумвира-квинквеннала в этих надписях сами по себе не означают причастности их обладателя к монетному производству, однако, если мы сравним эти надписи с легендами на монетах колоний, то увидим, что на них имена монетных магистратов часто сопровождаются указанием должностей дуумвира или кватуорвира. На монетах колоний имена магистратов помещались преимущественно в I в. н.э. Итак, дуумвиры и кватуорвиры. высшие должностные лица в римских колониях, наблюдавшие за всей сферой городского управления и обладавшие цензорскими и эдильскимм полномочиями, отвечали за местное монетное производство.

Характер перечисленных должностей и почетных титулов, сопровождающих имена монетных магистратов на городских монетах, убеждает нас в том, что организация городского монетного дела в императорскую эпоху претерпела существенные изменения. Должность монетного магистрата, которая относилась к младшим магистратурам, становится прерогативой высших должностных лиц с основательным общественным положением. Как следует из приведенных выше должностей, монетными магистратами в городах могли быть только «дети благородного сословия» определенного имущественного и возрастного ценза. В отличие от нобилей в Риме, начинавших свою карьеру довольно рано, представители провинциальной знати получали право занимать низшие магистратуры с более зрелого возраста. С тридцати лет для Вифинии, согласно Уложению для городов Западных провинций, а по закону Августа — с двадцати пяти лет, после чего их автоматически зачисляют в курию (подобно тому, как в Риме всадников могли зачислять в сенат). Траян санкционировал зачисление в сенат (курию) лиц, несших младшие магистратуры, чем продолжил действие законов Помпея и Августа. Это позволило пополнить курии выходцами из honosteorum, в состав которого входили римские сенаторы, всадники и городские декурионы.

 

Не исключено, конечно, что непосредственными исполнителями выпусков являлись эдилы ( «смотрители рынка») или квесторы, назначаемые курией, но разрешение на эмиссию давали перечисленные должностные лица, которые ставили свое имя на монетах и, следовательно, несли прямую ответственность за чеканку. Верхушка сословия декурионов и римские префекты, несомненно, входили, как показывают надписи, в состав коллегии жрецов императорского культа, что неизбежно заставляло их требовать от резчиков создания необходимого количества монетных типов, отвечающих конъюнктуре официальной пропаганды общеимперских властей. Отсюда появляется ряд типов, демонстрирующих проявление лести со стороны местной администрации: здесь и изображения adventus императора, и посещение им местных храмов, и игры в его честь, и головы местных героев и божеств с его портретными чертами и т.д. Конечно, подобные типы не составляют большого процента в городской монетной типологии, но они имеются. Проявления лести по отношению к императору заметны и в их титулатуре, помещаемой на городских монетах, например, АY КАI ОЛYМПIOС КОМОДОС (Эфес) или АДРIАNOE КАIСАР ОЛIМПIOС (Эфес, Эвмения), которая содержит эпиклезу Зевса, сопровождающую его имя на монетах Эфеса или Майонии.

 

Полномочия эдилов и квесторов определены «уставами» различных колоний и городов. Однако нам известно только одно упоминания должности эдила на монете, зато наиболее часто фигурируют должности стратега, секретаря, жреца, азиарха. В любом случае, монетные магистраты и городах, подобно своим коллегам из Рима, оставившим свои дедикации на склоне холма Целия, рядом с монетным двором, как проводники официальной идеологии, сами должны были демонстрировать политическую лояльность и участвовать в городской или провинциальной коллегии жрецов императорского культа, что отражают эпиграфические Памятники. Со второй половины III в. автономные городские выпуски меди прекращаются, и начинается чеканка монеты единого общеимперского образца.

 

§ 4. Организация монетного дела в Поздней империи

 

К концу III в. завершается децентрализация монетного дела, что было вызвано двумя основными причинами: во-первых, неспособностью столичного двора обеспечить всю Империю массой монеты; во-вторых, опасностью сосредоточения в Риме огромного количества такого взрывоопасного контингента, как монетарии.

 

Производство монеты сосредоточилось теперь на столичном дворе и в его филиалах, которые располагались в самых крупных провинциальных центрах. Последних насчитывалось около двадцати пяти, причем место чеканки обозначалось на монете специальным эмиссионным знаком.

 

Имена монетных магистратов в эпоху Поздней империи не встречаются, за исключением, магистратов сирийского монетного двора, которые помещались на клейменых золотых слитках. Так, например, на слитке сирийского (очевидно, антиохийского) монетного двора указано имя, например, Флавия Флавиана. Однако такие слетки выпускались не только на сирийском дворе, как считал А.Н.Зограф, но и на других монетных дворах Империи. Это подтверждается находкой в Красне (Румыния) золотого слитка в виде полосы размерами 168х22х6 мм и весом 148 г., с пятью клеймами, содержащими название монетного двора и имена монетных магистратов. Клеймо № 1 представляет женскую фигуру, сидящую на стуле, влево и держащую рог изобилия в левой руке и пальмовую ветвь в правой; в верхнем левом углу клейма — хризма, под обрезом — SIRM. Аббревиатура SIRM свидетельствует о принадлежности данного слитка к продукции двора в Сирмии (Нижняя Паннония). Клейма № 2-3 идентичны: на них представлены бюсты Валентина I и членов его семьи в диадемах; справа вертикально — DDD, слева — NNN (т.е. DOMINUS NOSTER). Клеймо № 4 воспроизводит текст — LVCIANVS OBR I SIG, в котором Луциан — имя магистрата, OBRUSSA — «чистое золото», SIGNATUM — «чеканить» или «проба». На клейме № 5 — текст QVIRILLVS ET DIONISVS SIRM SIG. Таким образом, слиток, выпущенный сирмийским монетным двором, воспроизводит имена магистратов Луциана, Квирилла и Диониса. Перед нами — один из последних примеров магистратских имен Империи. Подобные клейменные слитки с именами магистратов, удостоверяющими их высокопробность, обращались в IV-V вв. наряду с обычными монетами.

 

В таком виде организация монетного дела просуществовала без особых изменений до конца периода.

 

Абрамзон М.Г.  «Монеты как средство пропаганды официальной политики Римской империи».

В настоящее время ведется работа над разделом Статьи и материалы